На нашем сайте появилась возможность
авторизации через известные социальные сети

Воспоминания свидетелей о путче 1993-го: страх и телеэфиры без галстука

Воспоминания свидетелей о путче 1993-го: страх и телеэфиры без галстука

МОСКВА, 3 окт — РИА Новости. Участники октябрьского путча 1993 года и журналисты, освещавшие конфликт, 25 лет спустя поделились с РИА Новости своими воспоминаниями о том, что творилось в Москве; рассказали, чего опасались и как работали в ожидании штурма.

Конституционный кризис 1993 года стал продолжением конфронтации первого президента РФ Бориса Ельцина, а также его сторонников с противниками реформистской политики во главе с вице-президентом Александром Руцким и председателем Верховного совета Русланом Хасбулатовым. Политические разногласия переросли в вооруженные столкновения в центре Москвы, штурм телецентра Останкино и столичной мэрии, а также введение военной техники и обстрел Белого дома. По разным данным, жертвами «черного октября» стали порядка 160 человек.Выжидающая Москва

По словам бывшего главы Службы безопасности первого президента РФ Александра Коржакова, самыми страшными стали последние два дня противостояния – 3-4 октября, когда центр Москвы остался без освещения, милиции не было, а город словно перешел на осадное положение.

«Эти два дня были очень страшными для жителей Москвы. Я, например, когда ночью выехал к президенту, то проезжал по центру Москвы: света не было на улице, не было ни одного милиционера, просто темнота. Москва затаилась и выжидала», — рассказал Коржаков.

Экс-мэр Москвы Юрий Лужков также отметил, что в те дни было просто опасно ходить по улицам, и ему как градоначальнику стало «страшно за людей».

«Я помню, был Гайдар на телевидении, который заявил москвичам: „Выходите, и своими телами защищайте нашу революцию“… После этого я прорвался — и это был тоже поздний вечер – на второй канал, и мне удалось там сказать нечто противоположное. Я сказал москвичам: „Я прошу вас не выходить из своих квартир, не выходите на улицу, всё очень небезопасно. Если власть не способна преодолеть все эти выступления, очень опасные для людей, если она не сможет это победить, то это не та власть, за которую нужно бороться, сражаться, поддерживать. Поэтому мы разберемся сами в ситуации и просим вас: не выходите“, — сообщил бывший мэр.

Лужков добавил, что это его выступление не одобрили в Кремле, но он до сих пор считает свою речь абсолютно правильной и обоснованной.

В ожидании штурмаТак как после штурма телецентра Останкино вещание прекратилось, то единственным работающим телеканалом стал ВГТРК, эфирная студия которого находилась на 5-й улице Ямского поля. По словам журналистов телеканала Николая Сванидзе и Светланы Сорокиной, которые выходили в эфир с последними новостями о событиях в Москве, все были в ожидании, что вслед за Останкино придут штурмовать и студию ВГТРК, однако работа не прекращалась, никто не уходил домой, а, наоборот, подъезжали корреспонденты „как к единственному возможному “окну».

«Я была в Москве и всю ночь работала в студии на улице Ямского поля, хотя обычно мы из Останкино „эфирили“… Было ли страшно — не знаю. Мы работали. Приходили известия о том, что происходит у Останкино, постоянно какие-то слухи бродили о возможности силового участия. Однажды около нас прозвучали выстрелы, как потом оказалось, это просто кто-то с испугу выстрелил, вот в этот момент действительно как-то стало не по себе», — рассказала о работе в дни путча Сорокина.

По ее словам, информацию собирали откуда только возможно: в студию на 5-ю улицу Ямского поля приехали работать все, кто был в Москве. «Даже у нас не работающие люди пришли к нам как к единственному возможному „окну“. Приезжали и работали даже не будучи сотрудниками „Вестей“, и ездили, снимали и сводили, в том числе и журналисты из иностранных агентств — кто только мог. Привозили кассеты. Все сведения мы обрабатывали и выдавали в эфир нон-стоп. Так всю ночь и работали», — отметила тележурналист.

Вспоминая о событиях 25-летней давности, Сванидзе также отметили, что журналисты все время ждали, что и ВГТРК будут штурмовать, тем более вокруг ходили какие-то вооруженные отряды.

«Мы тогда были ничем не защищены, у людей, которые нас охраняли, у них даже огнестрельного оружия не было. Но Бог миловал», — отметил он, добавив, что не исключал самого печального сценария.

«Я отслеживал эти события как политический журналист, с самого начала, я знал их в деталях практически последовательно, и ничего такого меня поражающего не было. В принципе, чего я ожидал, то так и получилось: не удалось договориться, в результате возникла ситуация конфронтационная абсолютно, которая довела до крови. Это плохо. Но что в этой ситуации я был на правильной стороне, я в этом был убежден и тогда, и потом, и сейчас», — сказал Сванидзе.

Эфир без галстукаНападение на Останкино, штурм московской мэрии пришлись на воскресный день, который был выходным и для Сванидзе. По его словам, как только он узнал о ситуации в столице, приехал в студию ВГТРК и вышел в эфир.

«Вы знаете, это была ночная работа, это всё продолжалось одну ночь. Тогда еще мобильных телефонов не было, это был воскресный день, мы отдыхали с женой, потом я приехал домой, и мне теща сказала, что вот такие-то события. Я поехал на работу и пошёл в эфир, в чем был — небритый, без галстука. А тогда еще в галстуках работали. Я был без галстука и без пиджака, в каком-то желтом свитере», — поделился воспоминаниями журналист.

Нарушение дресс-кода, по словам Сванидзе, вызвало вопросы у председателя Совета министров РФ Виктора Черномырдина, который позвонил председателю ВГТРК Олегу Попцову и спрашивал: «Почему у тебя Сванидзе в свитере работает?»

«Черномырдин был человек очень такой опрятный и, будучи уже давно большим начальником, привык, что все вокруг ходят в костюмах и галстуках. Мы с ним тогда познакомились, таким образом, заочно, потом у нас с ним были очень хорошие отношения», — рассказал журналист.

Источник: РИА новости

10:46
107
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...